1. Назад
2. Главные новости
3. Статьи
4. ДЕМЕНЦИЯ – СИСТЕМНЫЙ СОЦИАЛЬНЫЙ ВЫЗОВ: ПОЧЕМУ САНКТ-ПЕТЕРБУРГУ НУЖНА СТРАТЕГИЯ ПОМОЩИ, А НЕ ПРОСТО ДИАГНОЗ

ДЕМЕНЦИЯ – СИСТЕМНЫЙ СОЦИАЛЬНЫЙ ВЫЗОВ: ПОЧЕМУ САНКТ-ПЕТЕРБУРГУ НУЖНА СТРАТЕГИЯ ПОМОЩИ, А НЕ ПРОСТО ДИАГНОЗ

Профессор И.А. Вознюк – д.м.н., профессор, заведующий кафедрой неврологии, директор НИИ неврологии ФГБОУ ВО ПСПбГМУ им. акад. И.П. Павлова МЗ РФ, главный внештатный специалист-невролог Комитета по Здравоохранению Санкт-Петербурга и МЗ РФ по Северо-Западному федеральному округу

Прогрессивное человечество с древних времён отводило особое значение высшей нервной деятельности, а упадок умственных и физических способностей считало признаком преклонного возраста и неизбежным финалом жизни. Здоровье – это гармония сознания, интеллекта и эмоций (Пифагор, 570-490 гг. до н. э.). Слабоумие, наступавшее преждевременно, рассматривалось как результат первичного или вторичного поражения головного мозга (Гален, 129-199 гг. н. э.). Опыт описаний и анализа состояний, связанных с утратой интеллектуального потенциала, привёл к появлению термина «деменция» (de – «вне» + mens – «разум»), предложенного Цельсом (30-50 гг. н. э.). Но по-настоящему научное понимание этой проблемы стало формироваться только со второй половины XVIII века. Прорывными в понимании процессов, связанных с нарушениями когнитивных и психических функций (внимание, память, целенаправленное поведение), были годы на рубеже XIX и XX столетий: появилось понятие «преждевременное слабоумие» (Э. Крепелин, 1898 г.); а в 1906 г. А. Альцгеймер описал «необычайно тяжёлое поражение коры головного мозга» и клиническую форму деменции. Стремительное развитие нейронауки в последние три десятилетия раскрыло целую группу нейродегенеративных заболеваний, результатом которых становятся когнитивные расстройства, распространённость которых драматически возрастает в современном мире. В США болезнь Альцгеймера является пятой по значимости причиной смерти среди людей старше 65 лет. В 2026 году расходы на здравоохранение и затраты на долгосрочный уход за пациентами с деменцией в США прогнозируются на уровне 1 триллиона долларов, а глобальные экономические потери от деменции в период с 2020 по 2050 год оцениваются в 14,5 триллиона долларов. Важно, что значительная часть бремени ложится на неформальных опекунов (родственники и близкие): в мире затраты на уход занимают от 61% до 85% от общих затрат на дементных пациентов.

Демографический срез 
Возрастная группа «под ударом» – лица старше 50 лет. Деменция в старшей возрастной группе перестала быть исключительно медицинской проблемой, сегодня это вызов гуманистический, социальный и экономический, напрямую связанный с задачами активного долголетия. В 2021 году глобальная распространённость деменции уже cоставляла 56,9 млн случаев, с которыми связаны 2,0 млн смертей. По данным ВОЗ, ежегодно регистрируется около 10 млн новых случаев, а к 2050 году прогнозируется рост до 139 млн. Важно, что на случаи болезни Альцгеймера приходится 60-70%. Женщины страдают деменцией почти в 2 раза чаще мужчин.
Санкт-Петербург – город с выраженным старением населения. Общая численность жителей превышает 5,6 млн человек, из которых более 1,4 млн – люди старше 60 лет. Почти половина из них одиноки и живут одни, каждый третий после 80 – вдовец или вдова.

Многофакторность причин и патогенеза деменции
Долгое время деменцию воспринимали как «одну болезнь» – болезнь Альцгеймера.
Но деменция – это не единая форма патологии, а результат нескольких патогенетических механизмов, которые могут запускаться по-разному, но приводить к гибели нейронов и утрате когнитивных функций.
Самый известный механизм – накопление нескольких вариантов патологических белков в клетках головного мозга, например амилоид-бета.
Второй механизм – недостаточное кровоснабжение вещества головного мозга из-за атеросклероза или закупорки мелких сосудов, которое запускает порочный круг, приводящий к прогрессирующей атрофии.
Третий – нейровоспаление, запускающее хроническую активацию и последующую дегенерацию клеточных элементов мозга. Воспаление является центральным звеном патологического процесса.
Четвёртый – нарушения обмена веществ, например при диабете, при которых значительно, более чем в 1,5 раза повышается риск развития деменции. Гибель нейронов наступает из-за расстройства тканевого дыхания, окислительного стресса и энергетического дефицита.
Наиболее часто приходится говорить о смешанной деменции, когда очевидно сочетание нескольких или всех патогенетических механизмов поражения. Наибольшую долю в случаях смешанной деменции вносит патология артериальной сосудистой сети головного мозга – до 65%. В старшей возрастной группе сочетание нескольких механизмов – наиболее типичная ситуация. Наиболее часто приходится говорить о смешанной деменции, когда очевидно сочетание нескольких или всех патогенетических механизмов поражения. Наибольшую долю в случаях смешанной деменции вносит патология артериальной сосудистой сети головного мозга – до 65%. В старшей возрастной группе сочетание нескольких механизмов – наиболее типичная ситуация.
Поэтому профилактика и лечебная помощь не могут строиться вокруг одного диагноза, необходимо учитывать все модифицируемые механизмы у конкретного пациента. 

Депривация как самостоятельный патогенетический механизм 
Крайне важно, что кроме описанных факторов существенную роль в современном формировании деменции играет депривация – хронический дефицит социальных контактов, сенсорных сигналов, кислорода или энергии и др. Анализ ряда исследований доказал, что у пожилых людей риск деменции вследствие длительного одиночества и социальной изоляции значительно выше, чем у тех, кто не одинок. 
Социальная изоляция – не просто «мало общения», а системный фактор, запускающий нейровоспаление, нарушающий регуляцию управляющих гормонов и уменьшающий объём серого вещества в лобной коре и в глубоких отделах головного мозга, отвечающих за память и планирование действий. 
Депривация из-за поражения органов и систем – первичное заболевание (сердечная недостаточность, сахарный диабет 2 типа и др.) создаёт хронический дефицит кислорода, глюкозы, энергии и пр., вследствие чего повреждаются структуры головного мозга. 
Одной из важных причин прогрессирования деменции является сокращение времени ночного сна на фоне частых пробуждений или нарушений дыхания (ночное апноэ). Среди пожилых пациентов бессонница повышает риск деменции почти в 1,5 раза. 
Потеря слуха – один из ключевых модифицируемых факторов риска деменции. Исследование с использованием данных датских регистров показало связь между потерей слуха, использованием слуховых аппаратов и риском деменции у пожилых. Обзор научных исследований подтверждает тесную связь между потерей слуха и деменцией. Хронический дефицит информационного потока ослабляет нейронные связи и ускоряет формирование когнитивного дефицита. Специализированный поиск снижения возможностей у пожилых при потере слуха – важная необходимость, обеспечивающая целостный подход к слуховой и когнитивной реабилитации. 
Вывод очевиден: коррекция слуха, лечение апноэ, компенсация сердечной недостаточности, контроль диабета и социальная активация – это не «сопутствующие меры», а прямое воздействие на проблему. 
Деменция в лицах: портреты пациентов 
В целом деменция в Петербурге имеет выраженное «женское лицо», так как в когорте жителей города старше 70 лет в 2,3 раза женщин больше, чем мужчин. Среди лиц старше 80 лет доля женщин в популяции достигает 72%. Такая диспропорция определяет профиль как пациентов, так и тех, кто за ними ухаживает. Детали демографического анализа не менее примечательны. 

Четыре возраста – четыре разные истории 
50-60 лет. В когорте жителей с нарушением когнитивных функций преобладают мужчины – ещё работают, часто женаты. В клиническом профиле доминируют лобновисочная форма деменции, ранняя болезнь Альцгеймера, часто недостаточность мозгового кровообращения и алкоголь-ассоциированные формы. Ведущие симптомы – нарушения речи, изменения личности и поведения, нарушение исполнительных функций. Психологический профиль – критика к состоянию сохранна, выраженная тревожность и наличие депрессии. До половины таких пациентов вынуждены оставить работу в течение 1-2 лет после выявленного диагноза, но диагностика часто запаздывает – длительное время начальные симптомы деменции списывают на стресс. 
60-70 лет. Более чем в половине случаев (до 60%) – женщины. Большинство из них в браке, но до 25% одиноки. Основная клиническая форма заболевания – болезнь Альцгеймера и смешанная деменция. Ведущие симптомы: прогрессирующие нарушения кратковременной памяти, трудности с подбором слов, дезориентация во времени. Обращение к врачу часто инициируют родственники, а не сам пациент. 
70-80 лет. До 70% женщин, 40% из них вдовы. Среди них пациенты с болезнью Альцгеймера в умеренной стадии, со смешанными причинами деменции и с признаками недостаточного кровоснабжения головного мозга. Ведущие симптомы: выраженные нарушения памяти, дезориентация в пространстве, трудности самообслуживания, возможны галлюцинации и бред. Как правило, критика снижена или формальна, пациенты требуют ухода. Важно, что вследствие особенностей когнитивных и психических нарушений почти у 30% из числа ухаживающих родственников имеются признаки депрессии. 
Старше 80 лет. В подавляющем большинстве случаев женщины (более 75%), как правило, вдовы (до 70%), с тяжёлой формой деменции, полностью зависимы от ухода. Преобладающие формы – болезнь Альцгеймера (тяжёлая стадия), смешанная деменция, сосудистая деменция со множественными участками инфарктов. Ведущие симптомы – глубокая утрата памяти, потеря речи, нарушение функции тазовых органов, утрата навыков самообслуживания, обездвиженность. Полная зависимость от ухода, высокий риск пролежней, пневмонии, инфекций. Часто (до 40%) проживают в домах-интернатах или отделениях сестринского ухода. 
Ключевая закономерность – с увеличением возраста пациента происходит «смена» опекуна: если сначала это супруга, то в дальнейшем это дети или внуки, затем учреждения и медицинские организации. 

Как организовать профилактику и реабилитацию? 
Профилактика и реабилитация могут оказаться высокоэффективными, если нарушения памяти, внимания, оперативного и ассоциативного мышления выявлены на ранней, «додементной» стадии. Организация доступной среды, участие мультидисциплинарной реабилитационной команды, наличие современного оборудования и полноценное оснащение восстановительного процесса с применением стимулирующих методик, ресурсов обратной биологической связи и дополненной реальности превращает программу «когнитивного» тренинга в стратегию помощи и профилактики деменции. 
Центральная задача и точка отсчёта – восстановление или компенсация нарушенных повседневных навыков. Конечная цель – максимально возможное возвращение человека к полноценной жизни. Ключевой формат – мультидисциплинарная команда, где ведущая роль в нейрокоррекции принадлежит нейропсихологу, формирующему главную «парадигму» занятий. 
Физиотерапевтические методики (ритмическая транскраниальная магнитная стимуляция, транслингвальная электронейростимуляция и пр.) оказывают модулирующее воздействие на корковые и подкорковые структуры, стимулируют активность нейрональных сетей и усиливают способность мозга к формированию новых синаптических связей взамен повреждённых или утраченных. 
Психологическое сопровождение включает работу с пациентом (снижение тревожности, стабилизация эмоционального состояния, повышение приверженности к лечению, формирование положительной мотивации), а также с родственниками как неформальными «реабилитологами». Использование элементов познавательноповеденческой терапии помогает справляться с навязчивыми страхами и патологическими стереотипами мышления. 

Меры поддержки для лиц старшего возраста и пожилых в Санкт-Петербурге 
Город располагает одной из самых сильных и разносторонних систем поддержки старшего поколения. Ряд социально значимых активностей прочно интегрирован в жизнь старшего поколения. 
Финансовая поддержка. Более 1,1 млн пожилых петербуржцев получают ежемесячные выплаты, почти 1 млн – компенсации на ЖКУ. С 2025 года действует электронный сертификат на 1500 рублей для посещения музеев. 
Медицина. Сформирована трёхуровневая система обеспечения: поликлиники, специализированные стационары, высокотехнологичные центры. В том числе открыто гериатрическое отделение в поликлинике №48. Работает центр «Здоровая женщина 50+». В 2025 году слуховые аппараты получили более 1,8 тыс. человек. В 2025 г. на базе городской поликлиники №81 открыт Центр нейродегенеративных заболеваний, экстрапирамидных нарушений и ботулинотерапии. 
Досуг и активность. «Серебряная карта» охватывает 39 музеев, её получили 230 тыс. человек. Почти полмиллиона пожилых горожан систематически занимаются физкультурой. Центр «Серебряная нить» предлагает 23 творческие студии. 
Образование и занятость. Среди взрослых жителей города высшее образование имеют более 2,8 млн человек, среднее – 1,7 млн; среди лиц в возрасте 90-100 лет среднее или высшее образование есть у 61,4%. Город активно развивает образовательные программы для старшего поколения – более 38 тыс. человек приобрели навыки компьютерной грамотности, ещё почти 30 тыс. человек прошли обучение по различным программам в рамках проекта «Серебряный возраст». В 2026 году работу нашли 5,8 тыс. возрастных петербуржцев – на 42,6% больше, чем годом ранее. 
Помощь при деменции. Система долговременного ухода охватывает 85 тыс. человек. Работает первый в России дневной центр для людей с деменцией «Лоскутки» и центр «Хэсэд Авраам». В каждом районе – школы ухода для родственников (18 школ). 

Актуальные проблемы и лимитирующие факторы 
Диагностический. Диагноз на ранних стадиях заболевания ставится поздно, особенно у работающих и одиноких. По данным Всероссийского союза пациентов, более трети россиян считают людей с деменцией «неполноценными членами общества» – стигматизация формирует барьеры как для диагностики, так и для социальной интеграции пациентов. Работа с популяцией жителей может быть решением проблемы. Широкий скрининг, повышение настороженности врачей первичного звена, а также использование площадок «Серебряного возраста» как «передовых постов» когнитивного здоровья. 
Реабилитационный. Нейропсихологическая реабилитация доступна не всем. Современная нейропсихология, основанная на теории системной динамической локализации высших психических функций, предлагает инструменты, которые пока не интегрированы в гериатрическую практику в должном объёме. Решение кроется в специализированной подготовке нейропсихологов для мультидисциплинарных команд и внедрении телемедицинского формата для более широкого масштабирования когнитивного тренинга. 
Поддержка и уход. Из-за необходимости организовать помощь до 20% работающих сокращают часы работы, до 10% отказываются от работы, а до 30% ухаживающих имеют признаки депрессии и сами нуждаются в лечении. Необходимо формирование и расширение школ ухода, психологическая поддержка, финансовые компенсации, гибкие формы занятости. 

Стратегия помощи лицам группы риска 
Выявление. Необходимо встроить краткие скрининговые инструменты в работу центров социального обслуживания и площадок «Серебряного возраста». Обучить персонал распознаванию ранних сигналов. 
Оценка. Стандартизировать нейропсихологическое тестирование, оценку повседневного функционирования, скрининг коморбидности. Диагноз должен выявлять модифицируемые компоненты: сосудистые риски, сенсорную депривацию, социальную изоляцию, нарушения сна. 
 Реабилитация. Дифференцировать по возрасту: для 50-60 лет – компенсация и профессиональная адаптация; для 60-70 – поддержание социального участия; для 70-80 – функциональная поддержка и обучение близких; для 80+ – круглосуточный уход и профилактика осложнений. 
Поддержка. Расширять систему долговременного ухода с приоритетом домашнего и социального формата. Для одиноких пожилых – проактивные механизмы связи, предотвращающие накопление социальной депривации. 

Что важно? 
Деменция – не приговор и не «нормальное старение». Это состояние, которое можно и нужно замедлять, корректировать и компенсировать. Санкт-Петербург уже многое сделал. Но разрозненные элементы – выплаты, музеи, школы ухода, гериатрические отделения – нужно сшить в единую стратегию, где каждый пациент получает помощь, соответствующую его возрасту, механизму болезни и социальной ситуации. 
 Город, умеющий это делать, не просто «комфортен для пожилых», это город, где старость – жизнь, а не ожидание.