Разделы:

 

Комплекс информации о социальной защите, социальном страховании; системе социальных гарантий; пенсионном обеспечении; здравоохранении; трудовых отношениях; льготах и выплатах; социальной защите малоимущих слоев населения; общего и профессионального образования, государственной молодежной политики.


Донорство может спасти сотни жизней

Поэтому его надо активно развивать в Петербурге

На эту жизненно важную тему мы беседуем с руководителем Центра органного донорства СПб НИИ скорой помощи им. И. И. Джанелидзе, доктором медицинских наук, профессором Олегом Николаевичем Резником.

Органы по заявке  не приходят


   – Олег Николаевич! Недавно по телевизору прошел сериал «Лист ожидания» о российской трансплантологии. Давайте с вами обсудим этот сериал с точки зрения медика. Начнем с того, что в некоем символическом центре трансплантологии лежат пациенты, которые ждут пересадки различных органов. В регистратуре сидит дежурный. И он то и дело сообщает, что появился тот или иной подходящий орган и можно делать пересадку. Так ли это?
   – Да, может показаться, что органы появляются, как из бюро заказов, где можно истребовать хоть почку, хоть сердце. И героям фильма практически не приходится их ждать. На самом же деле в России, и в том числе Петербурге, пересадки органов люди ждут месяцами. А иногда годами. А порой и вовсе не дожидаются.
   Сериал, с точки зрения профессионала, очень поверхностно показывает проблемы организации донорства и трансплантации. Однако даже в таком виде эта информация полезна для широкой общественности, так как именно от мнения большинства обычных людей зависит прогресс в этой области медицины. В фильме показан высокий гуманитарный потенциал трансплантации органов. По-моему, это ведь в первый раз показан художественный фильм, не выставляющий трансплантацию в криминальном виде, а отображающий полный драматизма мир пациентов, ожидающих пересадку органов, и тех, кто этим занят.
   – Как проходит донорство органов в Петербурге?
– Есть Закон, который разрешает выполнять такие операции у умерших. В Санкт-Петербурге за те 15 лет, которые я руковожу Центром органного донорства сделано немало – есть научно обоснованные распоряжения Комитета по здравоохранению, которые упорядочивают работу по донорству. Создан Центр донорства, у которого есть федеральная лицензия на осуществление работ по донорству, есть оснащение этого Центра, его финансирование. Распоряжения КЗ предписывают своевременное оповещение Центра донорства (он расположен в НИИ скорой помощи им. И.И.Джанелидзе) о наличии пациентов со смертью мозга и рекомендуют медикаментозную поддержку работы органов в организме умершего. Но в целом, пока под вопросы донорства не подведены федеральные законы и приказы, обязывающие стационары участвовать в этих программах, как, например, в лечении инфаркта, пока не создана национальная система донорства, как, например устроена система оказания скорой помощи, как это сделано во всех странах, в которых есть пересадка органов, – до тех пор вопросы посмертного донорства являются вопросами доброй воли руководителей стационаров, или ее отсутствия.
Прямого принуждения наши регулирующие документы оказать на руководителей стационаров, которые оказывают круглосуточную нейрохирургическую помощь, не могут, тем более в такой деликатной сфере, как донорство органов. Контроль над изъятием донорских органов во всех случаях осуществляется Бюро судебно-медицинской экспертизы и прокуратурой. Контроль над неисполнением донорской программы не осуществляется в силу отсутствия федеральных приказов, обязывающих стационары организовывать учет, выявление и ведение потенциальных доноров со смертью мозга. А в Белоруссии, например, прокуратура может заняться случаем неучастия стационара в донорстве органов. В Испании, если у умершего выявлена смерть мозга, а изъятие органов не осуществлено без уважительной причины, отзывается лицензия у госпиталя.

Россия отстает по пересадке органов


   – Сколько же пересадок органов делается в год в России и Петербурге?
– В России 2011 году было проведено 1307 операций по пересадке органов, в 2012-м ожидалось порядка 2 тыс. таких операций. Для сравнения: в США в год проводится не менее 15 тыс. операций по пересадке только почек. В целом, в мире считают не по числу пересадок, а по числу доноров. В прошлом году в России было всего 407 доноров, или 2,9 на млн. населения. В Испании, Хорватии, США, других странах Евросоюза это число составляет от 20 до 40 на млн. населения. В Петербурге число посмертных доноров сократилось и составляет сегодня 2,1 на млн. населения против 10,5 в 2010 году. За последние 2 года выполнено 12 трансплантаций сердца, 44 трансплантации печени и 118 пересадок почки.
   – А почему так мало? Чего у нас не хватает: средств, хороших специалистов, техники?
– У нас есть и специалисты, и техника и даже финансирование достаточное для трансплантаций. Нет доноров. И тут несколько аспектов. Людям вообще неприятно думать о смерти и о том, что умерший человек может помочь сохранить жизнь другому человеку. Благополучный, здоровый человек часто не в силах понять страждущего. Вторая серьезная причина – недоверие к врачам. Многие наши граждане сомневаются в том, что врачи делают все необходимое для спасения человека с тяжелой травмой головного мозга, который потом может стать донором. И от того, как каждый из нас относится к донорству сегодня, зависит, получит ли он эту помощь при необходимости завтра.
Затем, в Петербурге, благодаря усилиям Комитета по здравоохранению осуществлена программа модернизации стационаров Санкт-Петербурга в 2010-2012гг. И в рамках ее произведено оснащение стационаров установками СКТ, МРТ, новыми операционными, дыхательной и следящей аппаратурой, что привело к 10-тикратному сокращению смертности среди пациентов с черепно-мозговыми травмами в период с 2006 по 2012 год. Это закономерно привело к снижению донорства органов от умерших. И еще одна немаловажная причина – родственники умершего человека часто отказываются от изъятия у него органов для пересадки другому человеку.
   – Но ведь пока по закону у них разрешения спрашивать не надо…
– Если родственники присутствуют в стационаре при кончине близкого человека, мы всегда разговариваем с ними: другая позиция была бы нечестной. Но большинство родственников отказывается жертвовать органы умершего нуждающимся.

Церковь высказывается «за». А мы с вами?


    – Знаю, что часто и по религиозным соображениям. А как церковь относится к этому?
   – Русская православная церковь обнародовала свое отношение к посмертному донорству следующим образом. Цитирую: «От лица Русской православной церкви обращаемся ко всем гражданам России и просим выразить добровольное согласие на посмертное изъятие органов для трансплантации. От вашего решения может зависеть чья-то жизнь». То есть, церковь за то, чтобы пациент при жизни выразил свое согласие на донорство после своей смерти. Сходная позиция и у представителей мусульманского духовенства.
   – Да, если мы вернемся к сериалу «Лист ожидания», то вспомним, как тяжело было врачу уговорить отца молодого погибшего пациента дать согласие на изъятие органов. Это действительно очень тяжело…
   – Да, конечно. Но в тех странах, где развита трансплантация, существуют службы донорства. Они носят национальный характер, и известны, ну, как скажем, у нас «Скорая помощь». На этой службе лежит задача и организации донорства, и разъяснительная работа, и проведение бесед специально обученными психологами с родственниками погибшего человека – эта задача непроста и деликатна. Такая беседа должна выполняться профессионалами – психологом и трансплантационным координатором.
   – Во всех ли странах требуется согласие донора?
   – Не требуется в Австрии, Испании, и во многих других странах. Но в странах, где оно необходимо, проводится большая разъяснительная работа о том, что донорство – зачастую единственная возможность сохранить человеку жизнь. Но такие беседы нельзя проводить одновременно с сообщением о смерти близкого человека.
    – Я знаю, что Испания занимает одно из первых мест в мире по уровню донорства. Там, кстати, есть и детское донорство. Кстати, и в уже упомянутом нами фильме главный врач клиники после смерти своего несовершеннолетнего сына пересадил его органы девочке. Так его чуть под суд не отдали!
– Развитая система трансплантации в Испании стала возможна благодаря кропотливой и долгой работе, почти в течение 15 лет, правительства этой страны по созданию единой службы донорства. Этот опыт повторен во всех странах, где есть более-менее развитая трансплантация. Про детское донорство сейчас обсуждается вопрос и в нашей стране. Но мое личное мнение состоит в том, что репутационные риски для трансплантации от введения детского донорства превышают пользу от этого. На мой взгляд, лучше развивать взрослое посмертное донорство, и при развитой системе попытаться подобрать небольшие органы для нуждающихся детей. Немногие детские органы функционально пригодны.

Нужна централизованная система донорства


   – А с чего же надо начинать это продвижение?
   – Я уже говорил, что с создания централизованной системы донорства в стране. В качестве простого, но убедительного примера стоило бы привести воображаемую ситуацию. Представьте, что скорая помощь в России оказывалась бы на основе Закона и клятвы Гиппократа, зависела бы просто от зова сердца врачей и их совестливости – без финансирования, без системы станций, подстанций, диспетчеров, машин скорой помощи, средств связи, экипажей, а на основе простого энтузиазма. Ситуация с донорством сегодня выглядит именно так. Органное донорство сегодня является стыдливым пасынком здравоохранения. У многих, даже у врачей, существует упрощенное представление об этом виде деятельности, поскольку речь идет об умерших людях.       Между тем донорство зачастую сложнее, чем трансплантация – по объему привлекаемых кадровых и организационных ресурсов.
Поддержание жизни органов в умершем человеке – более трудная и затратная задача, чем борьба за жизнь живого, в последнем случае врачам помогает организм пациента, в случае донорства – нет. Если трансплантация органов выполняется в федеральных, хорошо оплачиваемых центрах, довольно узкой группой врачей-специалистов, то донорство органов всей своей тяжестью ложится на обычные стационары. А у главных врачей сейчас довольно ограничены ресурсы для выполнения этого вида работ, требующего напряжения всего стационара. Так, например, Приказ МЗ, регламентирующий порядок выполнения трансплантаций, есть. А вот федерального Приказа, определяющего порядок появления донорских органов, до сих пор нет. Специальной строкой денег для обеспечения городскими стационарами работ по органному донорству (идентификация донора, диагностика смерти мозга, ведение донора, получение согласия донора, аудит смертности, ведение отчетности и так далее) не выделяется.   Пока для этого нет юридических оснований.
В Санкт-Петербурге, впервые в Российской Федерации введены элементы трансплантационной координации, этот опыт был повторен в Новосибирске, Екатеринбурге, Краснодаре и других городах. Это привело к увеличению донорства в РФ почти в 2 раза за последние 5 лет. Однако без создания единой национальной системы донорства в полную силу работать «питерская координация» не может. Это будет энтузиазм одиночек. Потому что любая организация любого процесса – это вопрос финансовый в первую очередь. Организация донорства и его исполнение являются задачами не трансплантологов. Их задача – хирургическая пересадка органа и ведение реципиентов. Организация донорства – задача руководства стационаров, анестезиологов-реаниматологов и неврологов, работающих в этих стационарах. Плюс к этому в каждом стационаре должен быть, и, наверное, не один, координатор органного донорства. Все эти специалисты работают не в вакууме, им нужны расходные материалы, рабочее время, ресурсы, специальное образование, оснащение. Все это может быть решено только за счет экономической компоненты донорства, то есть главным врачам необходим финансовый ресурс для организации органного донорства. Однако в стационаре все расписано по статьям, и ничего сверх ежедневной программы обеспечения обычных заболеваний получить главному врачу для обеспечения донорства пока невозможно. Это возможно, как это осуществляется в случае пересадок органов, за счет средств федерального бюджета. Однако для распределения таких средств нужна централизованная система, учет и планирование таких работ на федеральном уровне.

Донорство – только бесплатное


   – Еще одни вопрос, опять же родившийся после просмотра сериала. Там олигарх поехал пересаживать печень в платную клинику за рубеж. Это, действительно, возможно?
   – Нет, платное донорство иностранцев запрещено.
   – Ладно. А платное донорство у нас в стране возможно?
   – Нет, платного донорства у нас нет.
   – Вот в фильме рассказывается о том, что человек не может отдать свой орган чужому человеку… Мол, дело подсудное!
   – Да, у нас в стране разрешено только родственное донорство, от живого человека. Не может даже жена отдать почку мужу. Считается, что в таком случае может быть или давление или продажа органов.
    – Недавно в Смольном прошло большое совещание по вопросам трансплантологии в нашем городе. О чем именно там говорилось?
   – Как мы уже с вами отмечали, до сего момента остается слабая правовая отрегулированность на федеральном уровне в части обязанностей «скоропомощных» стационаров городского подчинения по обеспечению процесса пересадки органов федеральными учреждениями. Поэтому надо отдать должное руководству нашего города, вице-губернатору Ольге Александровне Казанской, председателю Комитета по здравоохранению Валерию Михайловичу Колабутину, заместителю председателя Комитета по здравоохранению Санк-Петербурга Засухиной Татьяне Николаевне, которые проявляют определенное мужество в поисках решения такой деликатной проблемы, как дефицит донорских органов. Обсуждался ряд организационных, правовых и экономических мер для развития донорства в Санкт-Петербурге, определены новые задачи всем участникам процесса.
   – Что может сделать общественность для улучшения ситуации с донорством?
    – Голос пациентов, общественных организаций и прессы очень важен. Однако пока не произойдет обсуждаемая нами профессионализация донорства, разговоры о его необходимости и пользе будут малоэффективны. За рубежом социальной пропагандой донорства органов занимаются специальные подразделения отделений национальных бюро донорства, только в этом случае эта работа может быть планомерной, постоянной и правильно организованной.

Беседовала Татьяна Зазорина

Задайте вопрос психологу


Для отправки сообщения психологу заполните форму


Ответы психолога

Наши партнеры:




 


  

 
   
Городская Страховая Медицинская Компания
 
  
 
 
    
 
 Союз журналистов Санкт-Петербурга и Ленинградской области
  
  
  Настоящий ресурс может содержать материалы 16+